Kyiv Music Labs

Fusedmarc: «Нам очень нравится Украина! Обязательно вернёмся к вам с концертами»

DSC_0072
Коллектив Fusedmarc существует уже 10 лет. В прошлом году он также принимал участие в национальном отборе на Евровидение, однако смог достичь лишь девятого места. В 2017-м Fusedmarc победили в литовском национальном отборе, исполнив песню «Rain Of Revolution» и представили её на суд европейских зрителей в Киеве. 
Мы пообщались с ребятами накануне их выступления на конкурсе. 

 

Кристина: Литва ещё ни разу не выиграла Евровидение. Как Вы думаете, почему?

–  Денис: Хороший вопрос. Вика, есть какие-то идеи?

– Виктория: Не знаю, можно ли такое говорить, но скажу. Литва – скромная страна. Если взять, скажем, спорт, то там нам легче достичь успеха. В спорте не нужно много эмоциональных переживаний. А Евровидение – это творческий, артистический конкурс. Литва скромна в… принятии. Нам сложно принять чувство победы. Принять, что мы можем, стремимся, что мы не ломаемся и идем вперёд.

– Д.: Музыкант должен иметь внутреннее понимание того, что «Я достоин».  Достоин, могу. Это личный момент. Вот этого ощущения не хватает нашим музыкантам и артистам. Хочется это менять. Вот уже 12 лет мы представляем Литву на различных фестивалях, в различных форматах. Мы как-то расслабились в этом смысле.  Не скромничаем и всегда говорим себе, что мы можем. Когда я Вике предложил поучаствовать в Евровидении, ответ был однозначный: «Давай!»

– В: Да, ведь ты даришь и отдаёшь музыку. Надо идти всеми возможными путями. Не надо скромничать.

DSC_0248

К.: У меня теперь вопрос к Виктории. Расскажите, пожалуйста, про дизайнера Вашего платья, а также, в чем смысл Вашего образа.

– В.: Это литовская дизайнер Sandra Yushka. Молодой дизайнер. Она прекрасный исполнитель мыслей. Я знала очень точно, каким должен быть образ, он точно вырисовался в воображении. А Сандра его очень хорошо исполнила.

К.: Она работала по Вашим эскизам или Вы ей просто рассказали, что это должно быть?

– В.: Она сразу прямо на теле моём начала что-то рисовать, сделала макет. На меня его надели, и начались тут же поиски. Мы стали думать, какими будут плечи, каким будет низ.

– Д.: Всё происходило быстро. Она работала очень интенсивно, успела многое за полтора месяца. Сандра многое сделала и для нас, и для бек-вокалисток. Она услышала нашу песню и сама нам написала, что хочет помочь и сделает всё, что может. Человек зажёгся этой идеей.

- К.: Вопрос по поводу Вашей конкурсной песни. Вы написали её сами, насколько мне известно?

– Д.: Да, мы все песни пишем сами.

- К.: И это большое преимущество. В чем для Вас смысл этой песни? Что Вы хотите донести через неё?

– Д.: Эта песня об изменении внутри человека, об изменении в его душе. Песня о революции, которая случается внутри нас и меняет наш внутренний мир. Мы считаем, что самая настоящая революция проходит именно внутри, в сердце человека. Все эти бардаки, хаосы – это одно. Но настоящие изменения могут произойти только тогда, когда все успокоятся и придут к гармонии с самими собой. Песня связана с личным опытом, с личными переживаниями. Был момент, когда пришлось переоценить какие-то свои ценности и немножко больше открыться миру. Мы альтернативные музыканты, и, возможно, то, что мы делали до Евровидения, было даже интересней. Но настал момент, когда мы решили, что хотим выйти и показаться большому количеству людей. Наш приезд сюда связан как раз с этой революцией, которая произошла внутри нас.

– В.: Мне снится иногда, что я большая птица, и, если где-то высыхают деревья, я пролетаю рядом с ними и оживляю их. Как кукурузник скидывает вниз химические элементы, так эта птица выбрасывает положительную энергию. Люди там уже зачахли, и хочется их как-то оживить. Хочется, чтоб они подняли голову и посмотрели вокруг. Хочется, чтоб не было боли, не было хаоса. Чтоб царил мир, и чтоб люди были счастливы, никого не обижали и ничего ни у кого не забирали.

DSC_0016

К.: Кто придумал название Вашей группы, и что оно означает?

– Д.: Название группы придумала Вика.

– В.: Началось всё спонтанно, с совершенно олд-скульной ситуации. За время существования группы мы много раз меняли студии. Так вот, наша первая студия это была какая-то старая картотека. Там был страшный бардак, и среди этого бардака мы заметили фотку, на которой изображён был какой-то очень позитивный старичок. Он смотрел в небо. Мне он очень понравился. Я перевернула фотографию. На обратной стороне было написано, что это какой-то немецкий то ли актёр, то ли персонаж по имени Марк. Мы его там и оставили. Мол, стой там, Марк, ты нам нужен. Ты транслируешь позитивное настроение. Спустя какое-то время, нам предложили участие в фестивале, а названия группы всё ещё не было. Было понятно, что частью названия станет Марк. Но какой Марк? Пришлось с Деном побрейнстормить, и в ходе этого появились варианты типа «Fused».

– Д.: Нет, не совсем так.

– В.: Не так?

– Д.: Поправочка. Стояла фотография этого персонажа. Там вообще было немало интересного в этой студии, куда мы вселились. Было много микросхем, деталек, железок. А Вика – любитель делать всякие композиционно интересные штуки из вещей. И вот этот Марк оказался окружён всякими микросхемами и деталями. Он был в середине, а вокруг него образовался ансамбль из вещей. Наша музыка с самого начала была какая-то кривая, электронная… Нам на ум пришло слово “fusion”. Это как бы слияние, синтез. Вот так всё само собой сложилось. Мы добавили к слову “Marс” слово “fused”, и нам понравилось, как это звучит. Нам важно, как слово звучит. Смысловая составляющая – это тоже очень важно, но от того, как слово звучит, зависит, как люди его сразу же воспримут на слух.

DSC_0161

- К.: Почему английский, а не литовский? Почему Ваша конкурсная песня англоязычная?

– Д.: Мы вообще поем по-английски. Мы выросли на англоязычных песнях. Этот язык очень гибкий, и сейчас он, наверно, самый удобный – и для понимания, и для произношения. Я сам русскоязычный человек, но писать песню на русском сложно.

- К.: А на каком языке Вы общаетесь в повседневной жизни? На русском или литовском?

– Д.: Общаемся обычно по-русски. Вообще, группа у нас интернациональная. У нас были литовцы, был парень из Азербайджана, были евреи, поляки… Стараемся общаться на разных языках – главное, чтобы всем было понятно.

- К.: Планируете когда-нибудь сделать песню на литовском?

– Д.: Планируем как раз в этом году сделать каверы некоторых песен. Есть песни, которые нам нравятся, но которые мы хотели бы преподнести по-своему. Мы даже не будем особо много говорить пока, потому что хотим сделать сюрприз.

– В.: В общем, это литовские группы, песни которых мы хотим перепеть.

- К.: То есть, это будет первый проект на литовском?

– Д.: Ну, не совсем… Какое-то время назад у нас был проект, связанный со старыми народными литовскими, балтийскими песнями. Мы сотрудничали с ансамблем “Trys keturiose”. Тогда пришлось прикоснуться к старолитовскому. Плюс к тому, в прошлом году я делал песню к мультику, и её надо было перевести на литовский язык. То есть, уже начались какие-то движения в эту сторону.

DSC_0138

- К.: Хочу отдельно спросить о Ваших корнях. Начнём с Дениса. У Вас по дедушке корни украинские. Если знаете, расскажите, пожалуйста, как Ваша семья перекочевала в Литву.

– Д.: Я что-то знаю, что-то не знаю. Дедушка (со стороны мамы) родился в Украине, вырос в Украине, встретил бабушку в Украине. Потом каким-то образом их занесло на Дальний Восток. Они долгое время жили на границе с Японией. Моя мама родилась на Камчатке. Познакомилась с отцом, по-моему, в Хабаровске. Дед был военный, и его всё время куда-то направляли. И в какой-то момент ему предложили перебраться в Литву. И вот он переехал в Литву и перевёз всю семью. Я родился в Литве, и живу в Литве. Мой родной город Вильнюс.

- К.: Виктория, а у Вас не литовская ведь фамилия?

– В.: Нет, польская. Мои предки с Беларуси. Маленькая деревушка на границе Литвы с Беларусью. Город Лида.

- К.: То есть, у Вас польские и белорусские корни? Или только польские?

– В.: Вообще-то, только польские. Бабушка и дедушка жили в Беларуси.

– Д.: У меня, кстати, тоже есть польские корни. Отец наполовину поляк. Моя бабушка – из польского аристократического рода. Я на четверть поляк. И на одну восьмую украинец. В общем, много всего намешано у меня.

- К.: Довольны ли Вы работой организаторов Евровидения в Украине? Как проходят репетиции?

– Д.: У нас впервые опыт работы на такой огромной сцене. Сцена заряжает, даёт энергию. Украшает. Сцена красит человека. Так получилось, что наш режиссёр по звуку, с которым мы работаем в Литве, оказался каким-то случайным образом здесь. И это ещё один плюс, который добавляет стабильности. Что касается видео, монтажа – тоже все стараются помочь. Для всех  важно, чтобы в конечном итоге это выглядело очень профессионально и достойно. Все хотят сделать крутое шоу.

- К. : Поделитесь своими впечатлениями об Украине.

– В. : Здесь прекрасные люди. Все очень приветливы, веселы.

– Д.: Все хорошо говорят по-русски. Я русскоязычный, украинского не знаю. И меня приятно удивило, что мне сразу же отвечают, когда обращаюсь по-русски. Я думал, что с этим будет проблема, так как здесь конфликт. Но всё хорошо, люди очень толерантны. С Fusedmark мы объездили большую часть Европы, но в вашу страну приехали впервые. Нам очень нравится  Украина! Обязательно вернёмся к вам с полноценными концертами.

18493774_1882002188681513_1517476542_o

Текст: Кристина Кайрите, для Kyiv Music Labs